Hermann Hesse. Статьи.

"От несовершенства и скудости языка писатель страдает более, чем от недостатка всего прочего. Иногда он просто ненавидит язык, обвиняет и проклинает его, а точнее - самого себя за то, что рожден для работы с этим жалким орудием. С завистью думает писатель о живописце, чей язык - краски - понятен одинаково всем от Северного полюса до Африки, или о музыканте, который пользуется звуками, тоже говорящими на всех человеческих языках, и которому послушны всякий раз столько новых, неповторимых языков, тонко отличающихся друг от друга - от монотонной мелодии до многоголосого оркестра, от трубы до кларнета, от скрипки до арфы."
Гессе.Язык.1918г.

"  Вот уже несколько лет, как Германия и немецкая пресса стали такими литературными, что смертельно серьезное отношение ко всем новым "направлениям" в нашей литературе, ее мучительнейший анализ и, словно у тяжелобольного, ежечасное прощупывание ее пульса вылились в настоящую моду. Точно, как на бирже, регистрируются и описываются малейшие движения от реализма к неоромантизму, от эстетизма к "новым кредо", от Ницше к Геккелю и т. д. Можно вообразить, что наши литераторы собраны строго по "школам", результаты их труда изолированы друг от друга, и для каждого из литераторов необычайно важно, к какому направлению он принадлежит...
 В последнее время эстетики то и дело заводили речь о том, что роман как художественная форма начал стареть и даже изжил себя. Такие прорицательские заявления, кажется, очень любы теоретикам, и они в них периодически нуждаются. И в самом деле я не мог бы назвать другого десятилетия в истории литературы, которое породило бы столько хороших романов, как последнее. Но даже если об этом не говорить, даже если выйдет из моды само слово "роман", что из того? Возможно, что какой-нибудь другой теоретик вскоре обнаружит, будто чтение книг вообще уже устарело и в ближайшее время прекратится вовсе. Тенденция к этому растет! Но то, что люди будут рассказывать друг другу о пережитом и о том, что из него удержали они для души, не прекратится никогда, пока есть на земле жизнь. И всякий раз среди этих людей будут находиться такие, для которых пережитое - выражение и символ изначальных законов мира, такие, которые в преходящем усматривают вечное, а в переменчивости и случайности - следы божественного и совершенного, и как эти сочинители назовут свои произведения, романами ли, откровениями, душевными историями или как-то еще, будет не особенно важно."
Гессе. О новой повествовательной литературе. 1903г.

 Pieter Bruegel Мизантроп. "Так как мир столь коварен, я иду в траурных одеждах"
__________
МИЗАНТРОПИЯ (греч. misanthropia, от miseo — ненавижу и anthropos — человек) нелюбовь к людям, отчуждение от них, человеконенавистничество.

Ницше. Странник и его тень.

 5
     Язык и действительность.

Люди с притворством презирают  самые близкие к ним вещи, хотя,  на самом деле, они наиболее важны для них. Так, например, говорят,  что  "люди  едят  только  для того,  чтобы жить", -  но  ведь  это постыдная ложь также как и та,  в  силу которой будто бы деторождение только имеется в виду при удовлетворении своего сладострастия. И, наоборот, высокая оценка самых "важных" вещей почти всегда не настоящая. К  этому притворству, к этим преувеличенным выражениям приучили нас жрецы и метафизики;  но они не переделали те чувства, в силу которых мы понимаем, что эти важнейшие вещи не так  важны,  как  те  презренные,  но  очень  близкие  нам  вещи.  Печальным результатом  подобной  двойственности  является то,  что самые близкие вещи, как,  например,  еда, жилище,  одежда,  взаимные отношения,  уже  не  служат предметом непрестанного, всеобщего внимания  и заботы; они слишком низки для того, чтобы на них  серьезно направлять  наши интеллектуальные  и творческие силы;  так  что  здесь,  над  неразумными  людьми,  особенно  над  неопытной молодежью,   одерживают   верх   привычка   и   легкомыслие.  Однако,  такое презрительное нарушение элементарных  правил гигиены тела  и духа приводит и молодых  и  старых  к  постыдной  зависимости  и несвободе.  Я  подразумеваю излишнюю зависимость от врачей, учителей и  попечителей о наших душах,  гнет которых тяготеет над всем обществом.

10
     Не  чувствовать  новых  оков.

Пока  мы  не  чувствуем  гнета  нашей зависимости,   мы   чувствуем   себя   свободными:   это  ложное  заключение свидетельствует  о  гордости  и  властолюбии  человека,  так  как  оно  этим устанавливает,   что  человек,  при  всяких  обстоятельствах,   как   только появляется  зависимость,  тотчас замечает и определяет  ее, в силу  чего  он необходимо допускает, что вообще человек пользуется независимостью, и если в виде  исключения  утрачивает  ее,  то  непременно  чувствует  это.  Но верно противоположное мнение, а именно, что человек всегда в сложной зависимости и чувствует себя свободным лишь потому, что благодаря долголетней  привычке не ощущает своих  оков.  Только новые  оковы  чувствует он.  "Свобода  воли"  - значит, в сущности, отсутствие ощущения новых оков.

36
     Становиться лицемером.

Лицемером  становится  каждый  нищий  - как и всякий,  кто в силу нужды (явной или тайной) избирает себе род деятельности. Нищий  далеко  не  так   сильно  чувствует   нужду,   как  должен  дать  это почувствовать другим, если хочет жить подаянием.

38
     Угрызения  совести.

Угрызения  совести -  такая  же глупость, как  и грызня собакой камня.

52
     Из чего состоит совесть.

Содержание нашей совести составляет все, что во   времена  нашего  детства  постоянно,  без  всякого  объяснения  причин, требовали   от   нас  люди,  внушавшие  нам  страх  или  уважение.  Совестью пробуждается  в нас  то чувство  долга (это  можно  делать,  а того нельзя), которое  не спрашивает: почему я должен это  делать. Во всех случаях, когда, совершая  что-нибудь,  задаются  вопросы: "почему"  и  "для  чего",  человек поступает  без участия совести; хотя это не значит, что он действует вопреки ей. Вера в  авторитеты есть источник совести; следовательно, она является не голосом  высшей справедливости в душе человека,  а  отголоском  мнений одних людей в другом человеке.

55
     Опасность слова  для духовной  свободы.

Каждое  произнесенное  слово влияет на свободное мнение другого.

143
     Полуслепец.

Полуслепец -  смертельный враг всех несдержанных авторов. Последние узнают о его злобе, когда он, захлопывая книгу, замечает при этом, что издателю  ее понадобилось  пятьдесят страниц, чтобы выразить всего  пять мыслей. Причина его озлобления заключается в том, что он  почти  без  всякой пользы для себя подвергал остаток своего зрения опасности. - Один полуслепец сказал: все авторы слишком распущены.

175
     Посредственность, как маска.

Посредственность  - чрезвычайно удачная маска,   которою   может  прикрываться   сильный  ум,   чтобы  скрыть   свое превосходство над  толпой,  т.  е.  над людьми  посредственными. Сильный  ум надевает  эту маску ради  толпы, чтобы не раздражать ее, часто  из-за одного сострадания и доброты.

 

200
Слова  одинокого.

В  награду  за  тоску,  скуку,  уныние,  как  за  естественные   следствия  уединенной  жизни  без  друзей,  без   книг,   без обязанностей   и   страстей,  человек  имеет  несколько  коротких  мгновений глубочайшего самоуглубления и единения с природой. Ограждая себя  от уныния, он тем  самым ограждает себя от  возможности быть  наедине  с самим собой, и никогда   уже   ему   не  придется  испробовать  освежительного  напитка  из собственного глубокого внутреннего источника.

206
     Забывчивость относительно  намерений.

В пути  обыкновенно забываешь о цели. Почти всякая  профессия является сначала  - только  средством, а затем конечной целью. Забвение целей самая обычная глупость людей.

305
     Самая необходимая  гимнастика.

Вследствие недостатка самообладания  в мелочах можно  лишиться этой  способности и  в  более  крупных  вещах.  Если человек в течение дня ни разу  не отказал  себе  ни  в одном  своем, хотя бы мелочном, желании, то он дурно воспользовался этим днем и дурно подготовился к следующему. Подобного  рода гимнастика  необходима  для  человека, если он
хочет иметь удовольствие управлять собой.

328
     Глубина и скука.

В глубоких людях, как в глубоких колодцах, все, что в них ни попадает,  долго не  достигает дна. Зрители, которые обыкновенно не достаточно долго ждут, легко принимают таких людей за неподвижных и черствых или даже за скучных.

339
     Снисходительность  мудреца.

Снисходительно,  как  царь,   невольно относится мудрец к людям и держится одинаково со всеми, несмотря на различие дарований, положений и нравов. Подметив это, люди страшно на него обижаются.

343
     Иметь большой  ум.

Иметь  большой ум значит дольше оставаться юным. С этим нужно примириться, чтоб  казаться старше, чем  мы  на самом деле.  Ведь люди  принимают черты, проводимые  умом  за  следы жизненного  опыта, т.  е. долгой  плохой жизни, полной страдания, заблуждения, раскаяния.  И так,  кто одарен большой духовной  силой  и кто проявляет ее, тот и считается старше и хуже, чем он есть на самом деле.

"Снова – вечер, раскрытое настежь окно, тени по углам в полумраке неосвещенной комнаты, тонкий серп луны за окном, терпкий аромат вина… Весенний ветер – шумный, нахальный, даже на такой высоте пахнущий дорожной пылью, выметающий мусор из закоулков улиц и гадостные мысли из потаенных углов души, норовя швырнуть все это в лицо – просто так, потому что весна, а весной всегда так бывает… Как ни затаптывай поглубже – все равно доберется теплый апрельский ветер и вытащит это наружу, заставляя вздрагивать, словно от холода, тыкаться носом в неразрешимые проблемы – в который раз…

Раньше мне это удавалось – держать себя в руках, вовремя прогонять от себя наваждения недозволенных чувств, не давая им обрести власть надо мной и стать частью моей сущности, которую потом выдирать придется с болью и проклятиями. Сохранять хладнокровие не только для стороннего взгляда, но и в собственных мыслях, чуть ли не гордиться этой своей способностью, как одной из отличительных черт высшего существа, - не поддаваться страстям, от которых существа низшие превращаются в совершенных идиотов со своими слюнявыми радостями или сопливыми страданиями… Раньше удавалось – прихлопнуть эту дурь в зародыше, о ком бы ни шла речь, быстро и практически безболезненно. Отвернуться, вздохнуть с облегчением, и жить дальше – так, как положено блонди. Ледяное спокойствие – залог душевного комфорта. Так должно быть, так правильно."

___
Так должно быть. Так правильно.

Учиться!.. Волшебное слово. Почему во многих людях оно вызывает неприязнь? Ассоциации со школой, когда мама будила в 6 утра и заставляла идти туда, а дома делать уроки, вместо гуляний и развлечений? А почему во многих людях вообще сложилось такое стереотипное мышление, что школа- это вечный недосып, куча уроков, злые учителя, контрольные и никаких развлечений? Разве изучать мир вокруг себя неинтересно? Что есть человек, из чего он состоит? Что есть материя, атомы, молекулы..? Как жили люди до нас? Как они выглядели, как развлекались, какие у них были проблемы и радости? Неужели, выражаясь молодежным сленгом, это так круто, когда пишешь абсолютно безграмонто, когда не в состоянии рассчитать, сколько тебе должны сдать в магазине и тебя просто обсчитывают, а ты этого не понимаешь?
Учимся мы ежесекундно, постоянно воспринимаем огромное количество информации. Так если некто заявляет, что он не хочет учиться, так значит он восстает против самой жизни. Но я глубоко сомневаюсь, что такой человек вообще думает о самоубийстве. Нежелание учиться противоестесственно.
Я считаю, как бы сложен не был материал, как бы много с тебя не спрашивали, ты должен учить, познавать. Ты должен развить в себе интерес к изучаемым предметам, то есть не воспринимать их как враждебную информацию, которая тебе не пригодится. Наоборот, ты должен из учения сделать такое развлечение, которое сможет заменить часть твоего бездумного препровождения времени, такого как просмотр телевизора, сидения часами в интернете без цельно и т.п.
И как печально, что этого многие не понимают. И учению противятся. И делают из как минимум половины своей единственной жизни муку и каторгу. Поддаваясь лени, разлагая свою личность, деградируя, как это делает нынешнее общество. Может некоторые и не считают такую жизнь каторгой, но есть и такие, кто расстраивается, печально наблюдая свой упадок. Если так, то вы жалки и ничтожны, раз не можете изменить себя и доставить себе душевное удовлетворение. Есть и такие, кто получают удовольствие, весьма изощренное, от своего плачевного состояния, постоянно жалуются, говоря тем: я такой несчастный, как вам не стыдно радоваться и веселиться, когда я в таком положении. Такие ужасны и мерзки душой.
Учение почитайте за радость.

Все вышенаписанное - это вопль души от общения с людьми, которые жалуются на учебу в школе, университете и проч, что их все достало и они хотят деградировать.
_______
 Ваше Величество, мне очень понравилась мысль, что мы все являемся преподавателями. Это прекрасно.

   "Зачем так тверд! - сказал однажды древесный уголь алмазу. - Разве мы не близкие родственники?"-

     Зачем так мягки? О братья мои, так спрашиваю я вас: разве вы - не мои братья?

    Зачем так мягки, так покорны и уступчивы? Зачем так много отрицания, отречения в сердце вашем? Так мало рока во взоре вашем?

     А если вы не хотите быть роковыми и непреклонными, - как можете вы когда-нибудь вместе со мною - победить?

    А если ваша твердость не хочет сверкать и резать и рассекать, - как можете вы когда-нибудь вместе со мною - созидать?

    Все созидающие именно тверды. И блаженством должно казаться вам налагать вашу руку на тысячелетия, как на воск, -

- блаженством, писать на воле тысячелетий, как на бронзе, благороднее, чем бронза. Совершенно твердо только благороднейшее.

     Эту новую скрижаль, о братья мои, даю я вам: станьте тверды!--

Ф.Ницше, "Так говорил Заратустра"

Вот оно и произошло.

1 сентября. Студент. Самый суровый факультет университета учился в отличие от остальных. Да-да. Все новое, все непривычное. Но не так уж и болезненно, как ожидалось. Хотя все впереди.